Эксперты назвали главные финансовые достижения и провалы последних 12 месяцев
Новогодние праздники – это не только символический мостик между годом минувшим и годом наступившим, но и традиционная пора подведения социально-экономических итогов. Как страна прожила эти 12 месяцев, как чувствовала себя экономика, с какими рисками и препятствиями столкнулись отрасли, бизнес, рядовые люди? Продолжится ли рост ВВП, который четко обозначился во второй половине 2023 года и усилился в 2024-м? И чего ждать государству и среднестатистическому россиянину от 2025 года, что будет происходить с доходами бюджета и населения, как на них отразятся инфляция и валютный курс?
Об этом «МК» рассказали видные экономические эксперты: ведущий аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова, директор Центра структурных исследований РАНХиГС Алексей Ведев, директор Института социально-экономических исследований Алексей Зубец и ведущий эксперт Центра политических технологий Никита Масленников. Наши собеседники сошлись во мнении: несмотря на серьезные внешние и внутренние вызовы, в целом экономика выдержала проверку на устойчивость и дала определенную надежду на позитивные перемены в наступающем году.
Фото: ru.freepik.com
«Год оказался неожиданно хорошим»
Мильчакова: У работников выросли доходы, хотя не во всех отраслях, а с другой стороны, они значительно обесценились – из-за ускорения инфляции и слабого рубля в долларовом выражении. Поэтому нельзя однозначно утверждать, что благосостояние россиян очень сильно выросло. Впрочем, появилось немало программ поддержки ряда социальных групп (семей с детьми, в основном); сохраняется семейная ипотека под 6% годовых; по-прежнему действует программа материнского капитала; принято решение об индексации пенсий работающим пенсионерам. О том, насколько изменится благосостояние россиян в 2025 году говорить однозначно трудно. С одной стороны, действовавшие в 2024 году программы поддержки социальных категорий останутся, но рубль будет по-прежнему обесцениваться, негативно влияя на уровень жизни.
Ведев: Ситуация для населения объективно стала лучше. Хотя бы потому, что, согласно официальным данным, выросли и номинальные, и реальные доходы. В 2025 году эта тенденция должна в целом сохраниться, но есть вероятность, что из-за высокой инфляции темпы роста доходов пойдут на спад. 2025-й год объективно будет хуже, чем нынешний.
Зубец: Несмотря на высокую инфляцию, реальные доходы населения и прибыль предпринимателей растут (и будут расти в 2025 году). Количество благ, которые основная масса россиян может себе позволить, по крайней мере, не уменьшилось. Но однозначным негативом является подорожание всего и вся. Той же картошки на сто с лишним процентов с декабря прошлого года. Хотелось бы понять, как такое вообще могло произойти в нашей стране? А на днях увидел в магазине огурцы по 1000 рублей за килограмм. Это следствие монополизации рынка.
Масленников: Сегодня люди себя чувствуют в целом более уязвимыми, чем год назад. Прежде всего, из-за очень серьезного взлета инфляции и усиления общей неопределенности. Резко выросли процентные ставки по кредитам, значительно ухудшились перспективы решения жилищного вопроса, покупательная способность россиян снижается. Плюс, не спадает геополитическая напряжённость, принимающая все новые формы. С другой стороны, больше уверенности стало у семей с детьми – по причине растущей и более понятной, прозрачной материальной поддержки со стороны государства. Есть ощущение, что будут пересматриваться в лучшую сторону нормы предоставления материнского капитала. А вот пенсионерам жить стало намного тяжелее: коэффициент замещения утраченного заработка провалился к уровню 25%. Не улучшилось качество медицинских и образовательных услуг, слишком много сомнительных новаций в этих сферах.
Впереди – сокращение темпов роста заработных плат, премий, бонусов. У компаний больше нет денег на индексацию. А ключевая ставка останется высокой в течение всего 2025 года. Поэтому социально-психологическая составляющая общей экономической ситуации, то ощущение, с которым россияне входят в новый год, сегодня существенно хуже. Образ будущего размыт: куда-то мы все движемся, а куда – понятия не имеем.
